Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

"Елабуга, отдай Марину".

Пьеса о судьбе и трагической гибели Марины Цветаевой.
Сочинение - аффтара и Елены Раскиной. Сыграна творческой лабораторией МГЛИ "Блуждающие звезды" в последний предвоенный год.
412306_original
Марина Цветаева - Надежда Кухальская, Сергей Эфрон - Филипп Добрынин.
411943_original (1)
Л-т ГБ Петров - аффтар, Валя - Ирина Серанди.

Пролог.
Август 1941 года. Разрушенная церковь Покрова Божией Матери в Елабуге. На руинах - двое. Марина Цветаева и мальчик-подросток, будущий писатель и поэт Станислав Романовский. Они еще не знают друг друга. Марина рассматривает чудом сохранившиеся фрески. На одной из них Св. Николай Мирликийский удерживает руку палача, занесшего над осужденными свой меч.






С т а с и к, (перехватив взгляд Марины): Он спасет их, этот святой... Ведь они ни в чем не виноваты!
М а р и н а: А если виноваты?
С т а с и к: Все равно спасет. Он же - добрый.
М а р и н а: Это Николай Чудотворец. Ты знаешь такого святого?
С т а с и к: Знаю, мне мама рассказывала.
М а р и н а: Ты молись ему. Всегда надо молиться. Ты - за меня, я - за тебя. Так и спасемся вместе. Тебя как зовут?
С т а с и к (важно): Стас Романовский. Я из эвакуированных.
М а р и н а: Я тоже из эвакуированных. Мы здесь с сыном. Он постарше тебя. Его Георгием зовут.
С т а с и к: А вы чем занимаетесь?
М а р и н а: Я - поэт.
Стасик: Поэт... А я думал - поэты другие...
М а р и н а (заинтересованно): Какие же?
С т а с и к: Ну, как Маяковский! Или как Пушкин. Или эта... Ну, на птицу которая похожа! На фотографии она еще с таким носом!! Как ее?
М а р и н а: Анна Андреевна Ахматова. А что, не похожа я на поэта?
С т а с и к: У поэтов лица такие... гордые, светлые! А вы... Какая-то вы несчастная.
М а р и н а: Когда-то у меня тоже было гордое лицо. В другой жизни. В другом месте. В другом городе...
С т а с и к: Это в Москве что ли? А здесь где вы живете?
М а р и н а: Тут рядом, у фонтана.
С т а с и к: А, у 'фонтала'? Местные его так называют! Там, где из ржавой трубы ржавая вода бьет, и женщины белье стирают?
М а р и н а: Да. Теперь только такие фонтаны остались. Раньше другие были. Красивые...

Ни гремучего фонтана,
Ни горячих звезд...
На груди у Дон Жуана
Православный крест...

Крест... Значит, смерть ... Значит, пора...
(Читать дальше)



Вышла книга "Советская милиция", продолжающая серию об истории правоохранительных органов России.

Друзья из Студии писателей МВД России из Москвы сообщили о том, что после долгих родовых мук таки увидела свет книга "Советская милиция", продолжающая серию об истории правоохранительных органов России, начатую изданием: А.Борисов, М.Кожемякин, А.Алькинская. "Полиция Российской империи." Студия писателей МВД, М., 2012.

В новом исследовании мне принадлежит два раздела: "Форма одежды советской милиции в 1917-1991 гг." (текст статьи обещаюсь опубликовать здесь, как только будет возможность) и "Советская милиция в литературе и кинематографе СССР".

Книгу пока что в руках не держал, и, к сожалению, не могу с уверенностью сказать, когда смогу это сделать. Как не уверен и в том, что, under the circumstances, это моя "крайняя", как говорят в войсках, а не "последняя", как говорят штатские, вышедшая книга. ;)
Однако, если - исключительно в виде исключения :) - поверить словам отчаянного и несчастного героя исторической саги Генриха Сенкевича "Пан Володыевский" Азьи Тугай-беевича (воплощенного в экранизации блестящим Даниэлем Ольбрыхским), "ПОСЛЕ ТЕМНОЙ НОЧИ БОГ ДЕНЬ НА ЗЕМЛЕ СОТВОРЯЕТ, И СОЛНЦУ ИЗ МОРЯ ВСТАВАТЬ ВЕЛИТ".

"И мы, друзья, не станем унывать!"
                               (А.С. наш Пушкин)
________________________________________________________________________________________М.Кожемякин.

Баллада о запретных кружевных труселях ;)

4631085

В норе, воняющей мочой,
В подземном темном переходе
Товар запретный, кружевной
Лежал при всем честном народе.

Подобно пене волн морской
Он на прилавке громоздился.
Абрек с небритой бородой
Над ним главою возносился:

"Мадам, смотри какой товар!
Вай, посмотри - трусы красивый!
Их отдаю почти что в дар -
Спасибо Матери-России!

Клянусь, в Стамбуле покупал,
Отдал по евро за две штуки...
Но участковый (вот шакал!!),
Крутить за них хотел мне руки!

Слышь, как так можно запретить,
Чтоб девки труселя носили?!
Они что, будут так ходить,
Сверкая жопами босыми?!"

Сонм несознательных людей
Вокруг лотка толпой теснился,
Купить крамольных труселей
В обход закона торопился.

Не смог я гнева удержать,
Свой глас возвысил до раската:
"Кто смеет дрянь тут покупать,
Когда теснит границы НАТО?!

Ты думаешь, что за белье
Ты дала сто рублей, гражданка?
Ты кормишь евро-воронье
И заплатила за Майдан ты!"

...Народ присел, поблек, побег...
Кавказец посмотрел убито,
Затем нырнул под свой лоток
И вытащил "бейсбольный бита"...
_______________________________________________________________Михаил Кожемякин.

В довесок к стихотворению Д.Быкова - гастрономически-санкционное :)

САНКЦИЯМ И КОНТР-САНКЦИЯМ ПОСВЯЩАЕТСЯ.
82c039f69655
Прощайтесь с сыром, господа!
С французским благородным сыром.
Какого стоило труда
Нам полюбить его всем миром!

Была нам плесень зелена,
Казался запах непривычен,
Но с чаркой доброго вина
Ты шел, и шел весьма прилично!

Тебя мы были лишены
В доперестроечной эпохе.
И вновь дежурные вруны
Нам объявили, что мы - лохи.

Что нужно нам проститься с ним,
Как с правом шляться по Парижам!
Но не позволим, не сдадим -
Сгибали нас еще пониже!!

Съедим мы белорусский сыр,
Но камамбера не забудем!
А тех, кто сыр мочил в сортир,
Мы не простим и мы осудим!

О сыр французский, дивный сыр,
Дитя искусства и природы,
Тебя, о кухонный кумир,
Восславят вольные народы!
_____________________________________________________________________М.Кожемякин, Е.Раскина.

Александр Невзоров. У русской литературы закончился срок годности.

11-5 nevzorov250
Мы слышим плач толстых министров, черносотенцев и филологических дам — они очень сожалеют, что дети не читают.
Никто не задался вопросом: а что, собственно говоря, этим детям читать? Классику? А почему ее надо читать? Почему надо употреблять продукт, у которого явно закончился срок годности? Почему до сих пор никто не хочет называть вещи своими именами?
Богоискательская истерика Достоевского имеет к сегодняшнему дню такое же отношение, как шумерские глиняные таблички. Пафосное, мучительное, многословное фэнтези Толстого о войне 1812 тоже свое отжило. В этом жанре появились образцы и поинтереснее. Тема многолетних предсовокупительных терзаний самок в кринолинах тоже сегодня особого интереса не представляет.
Конечно, существуют какие-то максимально влиятельные образцы культуры. В трилогии Толкиена современная литература сварилась, как в котле. Но Толкиен не сильно пропагандируется, потому что все боятся простой и очевидной аналогии с Мордором.
Как сказал классик, духовность — это газ, который выделяют попы из разных бородатых отверстий. И это очень точно сказано, особенно сегодня. Вообще, что такое сегодня духовность? Духовность — это не знание астрономии и астрофизики, это полное невежество в вопросах молекулярной биологии, физиологии, структурной геологии. Следующий этап культа духовности — аттракционы типа наполнения бассейнов гноем Иова Многострадального и коллективных заплывов в нем. Тоже очень духовненько.
Нет, наверно, в мире литературы, столь же агрессивной и дидактичной, как русская. Когда-то она была очень актуальной, отчего сегодня особенно бессмысленна, потому что языковая и мировоззренческая картина мира сменилась полностью. Вся русская литература имеет отчетливый, навязчивый, великодержавный подтекст с культом солдафонов. Есть ли в этом хотя бы воспитательный эффект? Он нулевой. Сегодня это особенно хорошо заметно.
Вскормленные романтизмом усатые мальчики в Славянске некрасиво прячутся в библиотеках, прачечных и за всяких торговцев крыжовником. Вместо того, чтобы выйти в чисто поле и принять там бой с украинской армией, не подвергая риску мирное, офигевшее население. Они же прячутся в жилых кварталах, как какие-нибудь сирийцы, которые никогда не читали Бердяева или Хомякова. Выглядит это все предельно паскудно. Можно подумать, что на юго-востоке Украины мало больших свекольных или картофельных полей должной гектарности, где можно было бы разгромить украинскую армию. В такой ситуации, конечно, можно погибнуть. Но если эти имперские мальчики являются теми, за кого себя выдают, то такой пустяк их смущать не должен. Там, кстати говоря, все эти колорадские аксессуары смотрелись бы лучше, чем в подворотнях.
Конечно, у русской литературы до сих пор есть фанаты. Достоевский из могилы весьма успешно дергает за ниточки даже самого Милонова, не говоря уже о его мелких подражателях типа Проханова, Дугина, Холмогорова и других черносотенцев. Эти персонажи, конечно, симпатичны, но они на вряд ли обеспечат русской литературе вторую жизнь.
Все наши архаисты переходят на административный крик, и всю эту милую макулатуру XIX века окончательно хоронят, потому что они превращают Пушкиных, Толстых и Достоевских в личного врага каждого школьника.
Вообще, эта имперская идеология тащит на себе безумный культ старья и нелепых, корявых, антисанитарных артефактов. Считается, чем больше будет Россия похожа на лавку старьевщика, тем она будет величественнее и страшнее. А того, кто пытается произвести уборку, выкинуть всякое гнилье, затхлости и заплесневелости, почему-то называют русофобом. Хотя самые страшные враги России — это черносотенцы.
И еще одна важная заметочка по поводу чтения, касающаяся скорее современной литературы.
Мы видим, как ломанулись писатели в православие. Очень трудно найти столь же благочестивую публику, как писатели. Они воодушевились продажами милого, но блеклого пропагандистского чтива Тихона Шевкунова, и поняли: совершенно не важно, какая книжка, а важно, через сколько торговых точек она распространяется. Если получить вожделенный гриф патриархии, то книжку можно продавать через десятки тысяч свечных лавок при каждой церкви.
С другой стороны, есть всякие Задорновы, которые всерьез говорят о том, какие американцы тупые. Задорнов хороший сатирик, и если он хотел рассмешить, то у него получилось. Давайте сравним количество нобелевских лауреатов. В России — 23 лауреата, а в тупой Америке — 356.
Дети отказываются читать, и они в этом совершенно правы, и надо им в этом помогать. Устами младенца глаголет истина. Не надо заставлять детей читать. Надо признаться, что читать им в общем нечего.
______________________________________________________________Александр Невзоров, режиссер, репортер, журналист.
Источник: http://litcult.ru/blog/18087

ИМХО: Александр Невзоров нашел неожиданную, но весьма показательную взаимосвязь между кризисом понимания русской классической литературы в наши дни, расцветом великодержавного шовинизма и гражданской войной в Украине. Эх, сноб он, конечно, прожженный циник, человеконенавистник (или ненавистник человеческих пороков?) а при этом - реально - КРАСАВЕЛЛО!! Respect!
Прочитал и вспомнил короткую встречу в ним в Приднестровье... Очень давно. Как-то с тех пор особенно не интересовался его творчеством. "Чистилище", конечно, посмотрел - смотреть на трезвую голову было слишком больно.
Столько лет прошло - а его перо все столь же остро, и горькая желчь по-прежнему капает с него вместе с чернилами. Наверное, чувствовать пульс страны (не подлаживаться под его биение, а именно чувствовать, и давать свое "врачебное" заключение о ее недугах) - дар Божий, и, осмелюсь утверждать, Александр Невзоров немало одарен.
В одном только я с ним категорически не согласен. В главном. В сравнении великой русской литературы с костюмчиком, из которого мы выросли. Не знаю, может я и не прав, но по мне любое искусство, а связанное с вечным художественным словом - в первую голову - это не "костюмчик на вырост", а ДУША. Свою душу нельзя перерасти. С ней можно поссориться, временно или навсегда. В последнем случае это заканчивается трагически. Будем надеяться, что это не про нас._____________________________________М.Кожемякин.


Из комментариев к статье А.Невзорова: ...А так, если разобраться, тысячу раз прав был Бродский, сказавший, что «самое страшное преступление против книг — это их нечтение»; ...Люблю я Александра Глебовича за присущую ему внутреннию ярость. Хоть мало в чём с ним можно быть согласным, но подсвечивать маразм полезно.

Виктор Гунн (Степанов) - второй одесский поэт, погибший 2 мая в огне. Вечная память!

zlatokot
Поэты не умирают.
Даже если их убивают, даже если они сгорают в огне братоубийственной ненависти.
Они просто уходят от нас. И оставляют нам свои стихи. Лучшую часть своей бессмертной души.
О творчестве замечательного одесского поэта Виктора Васильевича Степанова, работавшего под псевдонимом Виктор Гунн, я, к сожалению, узнал только после страшного известия о его гибели 2 мая в горящем Доме профсоюзов.
А он был настоящий Талант и настоящий Человек.
Достойный сын своего прекрасного приморского города, впитавшего дух множества веков, народов и культур...

Россия, я твой сын.
И Украины сын я тоже.
Скажи, ответь мне, Боже,
Как спечь один нам общий блин?
Моя родня и тут и там.
Я ностальгически прарусский.
Отец мой Днепр, а Волга мать.
Вам не дано меня разъять,
Бездушные моллюски...
                                          (Виктор Гунн)

Смерть всегда забирает первыми самых лучших, самых благородных.
Была ли в истории хоть одна гражданская война, которая не убивала поэтов?...
Политические руководители скороспелых "народных республик" с вычурными названиями выказывают гораздо большую живучесть. И они никогда не постесняются использовать имя погибшего поэта в своей пропаганде. В этом есть какая-то дьявольская несправедливость. :(
Но запретить поэту отдать жизнь за дело, в правоту которого он верит - все равно, что запретить ему творить.
Вечный покой и вечная память!
Стихи Виктора Гунна: http://www.stihi.ru/avtor/zlatokot
______________________________________________________________________________________М.Кожемякин

ПОГИБ ПОЭТ. Памяти Вадима Негатурова, погибшего 2 мая в Одессе.

23960634 2014-05-02T195009Z_1608300197_GM1EA530AGQ01_RTRMADP_3_UKRAIN-CRISIS
В пылающем Доме профсоюзов в охваченной безумием гражданской войны Одессе 2 мая получил смертельные ожоги поэт Вадим Негатуров.
Самые страшные предположения, увы, сбылись.
Друзья из Крыма подтвердили - это тот самый поэт Вадим из Одессы, шумный, веселый, бородато-небрито-седой и очень добрый (несмотря на абсолютную разницу в наших убеждениях), с которым судьба когда-то свела меня на гастролях нашего театра...
С которым мы пили вместе (правда, вспоминаю, пил в основном я) и разговаривали о Николае Гумилеве, о героях Керченско-Феодосийского десанта 1941-42, о Балканах, о богеме Серебряного века... И расстались добрыми приятелями, чтобы теперь уже не встретиться никогда в этом мире.
Не могу представить себе этого ЖИВОГО человека, охваченного огнем. Не могу представить его мертвым.
Но с легкостью могу представить его отдавшим жизнь за то, во что он верил.
Вот Ты и возвращаешься, Вадим, из командировки на эту жестокую, но такую родную землю в Небесное Отечество поэтов.
Тебе, Вадим и Твоей вечной памяти - небольшой перевод из британской окопной поэзии Первой мировой, чтоб не было грустно подниматься по звездной дороге в вечность!

Заверните его в брезентовый плащ
И скажите - погиб боец.
На плечах пусть четверо сильных солдат
Отнесут его к тишине.

Разомкните ему небесный покров
И скажите - он был поэт.
Не снискавший лавров, фанфар и даров,
И своих не доживший лет.
                                      У. Оуэн (1893-1918)

Упокой, Господь, Твою большую и объятую огнем при жизни и в час смерти душу!
Слова здесь бессильны, пускай Бог облегчит боль и скорбь Твоих близких.
А мы будем помнить, пока мы живы, и учиться у Тебя быть верными себе всегда, до конца.
Стихи и драматургия Вадима Негатурова: http://samlib.ru/n/negaturow_w_w/
______________________________________________________________________________________М.Кожемякин

ХОТЯТ ЛИ РУССКИЕ ВОЙНЫ? Обращение русских писателей Украины, России и зарубежья.

Хотят ли русские войны?
Эта строчка когда-то не требовала разъяснений, так очевиден был ответ для всех нас, воспитанных на трагедиях ХХ века. А вот сейчас пришло время прямо сказать: «Мы не хотим войны! Только мира! Пусть пока трудного, но такого, чтобы мы, русские с обеих сторон украинско-российской границы, могли успокоить украинцев, крымских татар, евреев, самих себя, всех – и у вас, и у нас: «Не бойтесь! Войны не будет! Русские войны не хотят».
Пора бить в набат. Нам, русским писателям – дружно и без промедления. Мы, пишущие на русском языке, независимо от того, в какой стране живем и работаем, должны вспомнить о священной силе русского слова – милосердного и великодушного – и, не откладывая, возопить всем миром: «Мира! Нет войне!»
Мы, русские писатели, не имеем права допустить того, чтобы появление российских военных в Крыму вызывало из глубин нашей общей памяти формулу «вероломное, без объявления войны...», чтобы вернулись давно ушедшие в прошлое призраки советских танков на мирных улицах Будапешта и Праги.
Настало время объединиться, но не против общего врага, агрессора, а во имя мира, во имя России и Украины. Мы должны напомнить властям и гражданам наших стран, что стрелять придется по своим, что пуля не разбирает, какое по национальности сердце она пронзит, что смерть придет на оба наших дома.
Украина мучительно выдавила гнойник прежней коррумпированной власти. Это не значит, что мы застрахованы от новых гнойников. Но мы пытаемся очиститься. Трудно, нервно, с ошибками, даже, подчас, с дурью, но пытаемся. Надежду на это дает гражданский диалог, который уже начался, уже виден в Украине. Любое радикальное внешнее воздействие, пусть из благих побуждений, способно его разрушить и тем окончательно убить надежду.
Русь, родимая душа, пойми и прости, если в чем обидели тебя. Все поправим, все преодолеем, и за стол вместе сядем, павших помянем, за детей подымем, за внуков! За великую литературу великого народа, вскормившую наше творчество!
Мы просим всех писателей – патриотов России и Украины – забыть о недоверии, о распрях, ведь мы все «инвалиды информационной войны», и должны помнить о том, что эта виртуальная «инвалидность», в отличие от настоящей, излечима, исправима, восстановима. Нужно только вместе смотреть в будущее. А для этого нужен мир.
Мы не хотим войны! Только мира!

Сергей Черепанов, писатель, Киев. Валерий Дружбинский, журналист, Киев. Николай Чернявский, сценарист, бард, Киев. Александр Володарский, литератор, Киев. Сергей Скорый, литератор, учёный, Киев. Евгений Вишневский, учитель, Мюнхен. Екатерина Каверина, биолог, поэт, штат Теннесси. Григорий Певзнер, врач, поэт, Марбург. Полина Певзнер, программист, Марбург. Михаил Кинер, программист, поэт, Париж.
Татьяна Разумовская, литератор, Иерусалим. Григорьева Елена, детский поэт, Москва. Татьяна Алёшина, музыкант, композитор, Санкт-Петербург. Дмитрий Строцев, поэт, Минск. Сергей Шинкарук, писатель-сценарист, Киев. Владимир Каденко, поэт, писатель, Киев. Виктор Воскобойников. полковник в отставке, писатель, Киев. Михаил Терещенко, юрист, Киев. Наталья Терещенко, экономист, Киев. Григорий Фалькович, поэт, Киев.

Взято:
http://pacificum.livejournal.com/54617.html?view=67673#t67673

Не прогибаться. Не поддаваться лжи.

www.novayagazeta.ru

Не первый раз в русской истории людей, не согласных с агрессивной имперской политикой государства, объявляют пораженцами и врагами народа. Не первый раз верноподданничество ценится выше гражданской позиции. События в Крыму стремительно развиваются и чреваты если не кровопролитием, то позором для России и бедами для народов двух стран. Надежды остановить происходящее  доводами разума становится все меньше. Но тем стыднее молчать и пассивно стоять в стороне. Мы, не называющие себя «деятелями» культуры или науки, а просто российские интеллигенты, работающие каждый в своей области, заявляем:

Мы против вторжения на территорию другого государства.

Мы против войны с Украиной и вражды с мировым сообществом.

Мы солидарны со всеми, кто не прогибается и не поддается лжи.
Людмила Улицкая, писатель. Сергей Гандлевский, поэт. Григорий Чхартишвили, писатель. Юрий Шевчук, музыкант. Борис Гребенщиков, музыкант. Владимир Мирзоев, режиссер. Ольга Седакова, поэт. Андрей Смирнов, кинорежиссер. Ирина Прохорова, издатель, общественный деятель. Андрей Звягинцев, кинорежиссер. Вероника Долина, литератор. Дмитрий Травин, экономист. Олег Дорман, кинорежиссер. Михаил Гельфанд, биолог. Дмитрий Крымов, режиссер. Валерий Гаркалин, актер. Юрий Рыжов, академик РАН. Алексей Симонов,  писатель, кинорежиссёр, правозащитник. Оксана Мысина, актриса. Александр Архангельский, писатель. Борис Дубин, социолог, публицист, переводчик. Сергей Неклюдов, фольклорист, востоковед. Евгений Асс, архитектор. Наталья Иванова, литературовед, критик, публицист. Юрий Богомолов, кинокритик. Андрей Цатурян, биофизик. Мариэтта Чудакова, писатель, историк литературы. Лев Рубинштейн, поэт, публицист,  эссеист. Сергей Пархоменко, журналист, издатель. Аскольд Иванчик, историк, член-корреспондент  РАН. Арсений Рогинский, историк, правозащитник, общественный деятель. Александр Иличевский, писатель. Ольга Кучкина, писатель, журналист. Ирина Петровская, журналист. Наталья Мавлевич, переводчик. Виталий Манский, кинодокументалист. Борис Штерн, физик. Алексей Оскольский, биолог. Павел Чеботарев, математик-прикладник. Евгений Сидоров, критик, литературовед, общественный деятель. Алексей Девотченко, актер. Тамара Эйдельман, заслуженный учитель РФ. Михаил Ямпольский, философ, культуролог. Андрей Десницкий, библеист. Сергей Стратановский, поэт. Нина Катерли, писатель. Илья Штемлер, писатель. Ирина Левинская, историк. Наталия Соколовская, писатель. Елена Чижова, писатель. Андрей Бондаренко, художник, дизайнер. Валерий Николаев, переводчик. Ирина Ясина, журналист. Павел Финн, кинодраматург. Евгений Ермолин, литературный критик. Ирина Стаф, филолог, переводчик. Ирина Левонтина, лингвист. Анатолий Голубовский, историк, социолог. Виктор Матизен, кинокритик. Мария Степанова, поэт. Глеб Морев, журналист, филолог. Антон Носик,  создатель lenta.ru и gazeta.ru. Варвара Горностаева, издатель. Илья Кукулин, филолог, историк культуры. Мария Рыбакова, писатель. Ксения Ларина, журналист. Антон Долин, кинокритик. Сергей Зенкин, филолог, историк идей, переводчик. Лариса Миллер, поэт. Никита Соколов, историк. Алла Шевелкина, журналист. Ирина  Седакова, филолог. Тихон Дзядко, журналист. Елена Дьякова, журналист. Галина Ельшевская, искусствовед. Евгений Лунгин, режиссер. Михаил Рудницкий, переводчик, критик. Наталья Громова, историк литературы, писатель. Марк Липовецкий, литературовед, критик. Михаил Давыдов, историк. Константин Азадовский, историк культуры. Дина Магомедова, филолог. Михаил Яснов, поэт, переводчик. Алексей Моторов, писатель. Наталья Нусинова, киновед, писатель. Евгений Солонович, переводчик. Ирина Балахонова, издатель. Ольга Варшавер, поэт, переводчик. Денис Драгунский, писатель, журналист. Мария Майофис, историк культуры. Елена Гуревич, филолог. Петр Аркадьев, филолог. Максим Осипов, врач, писатель. Михаил Кричман, кинооператор. Илья Овчинников, музыкальный критик. Людмила Телень, журналист. Михаил Шевелев, журналист. Вера Мильчина, переводчик, историк литературы. Борис Кац, музыковед. Виктор Прасолов, математик. Элеонора Соколова, историк театра. Анна Наринская, журналист. Владимир Новохатко, литератор, редактор. Федор Успенский,  филолог, заместитель директора Института славяноведения РАН. Григорий Кружков, поэт, переводчик. Марк Певзнер, психолог. Арина Бородина, журналист. Татьяна Щербина, поэт, эссеист. Михаил Калужский, журналист, театральный куратор. Елена Якович,  кинодокументалист. Леонид Бахнов, литератор. Виктория Ивлева, журналист, фотограф. Наталья Перова, редактор, издатель. Александр Бадхен, психотерапевтю Ася Штейн, преподаватель. Анатолий Журавлёв, филолог. Марина Вишневецкая, прозаик, сценарист. Екатерина Поспелова, оперный режиссер. Марина Бородицкая, поэт, переводчик. Наталья Тумашкова, психолог. Елена Горбова, лингвист. Савва Михеев, историк. Глеб Лозинский, психолог. Роман  Кривко, филолог. Елена Новикова, психолог,  предприниматель. Ксения Старосельская, переводчик. Анна Варга, психолог. Алексей Иванов, геолог. Давид Шустерман, консультант по управлению. Семен Шешенин, младший научный сотрудник Института языкознания РАН. Антон Тунин, внештатный сотрудник Института Славяноведения РАН. Ольга Дробот, переводчик. Мария Соловейчик, психолог. Ирина Головинская, журналист. Сергей Иванов, историк. Евгения Абелюк, филолог, заслуженный учитель РФ. Раиса Розина, филолог. Елена Эфрос, журналист. Марина Токарева, критик, журналист. Владимир Васильев, сотрудник коммерческого предприятия. Инна Харитонова, редактор. Любовь Сумм, переводчик. Александр Ливергант, переводчик. Евгения Абелюк, учитель. Мария Ремезова, критик. Марина Бобрик, филолог. Никита Введенская, математик. Андрей Макаревич, музыкант. Александр Кутиков, музыкант. Антон Чернин, журналист.

Служители музы Серебряного века на фронтах Первой мировой. АЛЕКСАНДР БЛОК.

В связи с приближающимся столетним юбилеем начала Первой мировой войны, в Российской империи официально именовавшейся Второй Отечественной, приступаю к серии материалов о людях искусства эпохи Серебряного века, декаданса или "благородного гниения" (как вам будет угодно), сражавшихся в рядах Российской императорской армии.
Славные кавалерийские подвиги и военно-дипломатическая работа Николая Гумилева известны слишком хорошо, поэтому, пожалуй... Имею честь представить военного чиновника российских инженерно-строительных формирований Александра Блока!
b
Владимир Казаков.
«На войне я был в дружине…». Александр Блок в Белоруссии.

Лето 1916 года. Второй год идет кровавая Первая мировая война. Четырнадцатый и пятнадцатый год выкашивают кадровых офицеров и просто солдат. Не хватает людей. Уже идет призыв ополченцев старших возрастов. Поэты и писатели, властители дум Серебряного века поэзии, как назовут это время позже, не очень то и стремятся в армию. В богеме – патриотизм ругательное слово. На реальный фронт, под пули попадают единицы. (...) Остальные любимцы Мельпомены стараются либо «откосить» по болезни, либо устроиться в тыл на теплые должности при армии. Судить их за это нельзя. Кто знает, как ведет себя человек в минуты выбора. (...)Collapse )

b1
Александр Блок (слева в первом ряду) среди чинов 13-й инженерно-строительной дружины.

b2
Поэт - второй слева. Судя по форме кокарды и расположению ее на тулье фуражки - он военный чиновник.

Источник:
http://www.postkomsg.com/?id=36553
http://www.postkomsg.com/?id=36608